Вы знаете, он у нас, конечно, человек был большой собственник и ревнивый, и всё. Но мама человеком была мудрым и умным, и она никогда ему не давала повода. А потом они настолько замечательно сложились, у них были такие отношения, они так доверяли друг другу и так проникновенно чувствовали друг друга. Они могли даже глазами разговаривать. То есть что один хотел передать мысли другому, если есть какие-то ещё гости или люди. Так что они всё понимали. Вот такая у них была взаимосвязь. Мама очень любила папу. А потом она вообще была очень чистой женщиной. Для неё были основные такие задачи – это, во-первых, увлечение, сцена, безусловно, её творчество, и семья – самое главное. Она была очень заботливой матерью и замечательной женой. И очень любила свой дом. Любила, чтобы он был уютный, красивый. У нас всегда были гости. Я даже не помню такого вечера, чтобы мы ужинали одни, когда мама возвращалась после концертов. Она дружила очень с Ардовыми, с Ниной Антоновной – женой Виктора Ефимовича Ардова. То есть это была её любимая подруга. И очень часто Ардовы приходили. А потом, вот до трагедии семейной, мы жили в Лаврушинском переулке – это Дом писателей. Поэтому весь подъезд был знаменитейший. Ильф и Петров – это наши соседи под нами. Уткины – выше. Афиногенов – ещё выше. Афиногенов, который погиб в ЦК. Потом Кирсанов, Гусев знаменитый. Все эти фильмы Пырьева – «Свинарка и пастух», «В шесть часов вечера после войны» – это всё наши соседи. Да-да-да, вот так, чтобы это была постоянная среда. А уж рядом ещё, говорю, подъезд – там и Погодин, и Вишневский, и Агния Львовна Барто, и Пастернак. Так что у нас окружение было то, что нужно, симпатичное очень.