«Мы ничего не знали. Мы упустили. Мы виноваты»

Сталин вёл себя, как всегда – с усмешечкой такой, с трубочкой своей. В порядке, конечно, выступали и командующие войсками, и начальники, ещё живые, не тронутые, Главных управлений Красной Армии. Выступления все их были довольно однообразны. Первое: «Мы ничего не знали». Второе: «Мы страшно поражены. Мы упустили. Мы виноваты». Всё. «Нужно перестроиться, нужно ввести новые порядки. Нужно изменить отношение к Наркомату внутренних дел и совместно работать». Вот такие вот выступления, типично одинаковые, были. Но нужно обратить внимание на то, что исчезали эти самые командующие. Перерыв, предположим, в особенности обеденный перерыв. Сидишь в окружении, там такие полукруглые ряды стульев с небольшим амфитеатром. Сидим все, мы же друг друга уж знаем все, все знакомые мы. Вот такой-то товарищ был, сидел рядом, мы разговаривали даже. А дальше, после перерыва, его нет. Он исчез. И интенсивность этого исчезновения вообще была ускоренной. В начале это меньше замечалось, а к концу этого совета уже вряд ли можно было насчитаться половины его участников.