Первое впечатление, которое он произвёл на нас, то есть на меня, состояло в том, что уж очень ничтожный вид он имел внешний. Это был человек очень маленького роста, с какими-то искорёженными чертами лица, с приплюснутой головой, с маленькими ножками, маленькими ручками. Обратили внимание на это. Он сам не выступал на этом совете. Но ему дал рекомендацию Сталин для всего совета. А этот совет имел примерно двести человек в общем. Так что довольно большая аудитория. Рекомендация Сталина была примерно такая: «Имеете сейчас в качестве великого даже, или, так сказать, успешного борца с контрреволюцией, шпионажем в лице Ежова». Он даже не называл его Николай Иванович, а назвал его, как это он обычно называл, «товарищ Ежов». «Присмотритесь к нему. Это ведущее направление в нашей политике. Я хотел бы, чтоб вы нашли пути ближайшего сотрудничества и взаимодействия с товарищем Ежовым». Вот эти два замечания произвели на меня достаточное впечатление не какого-то такого ничтожества и даже немножко такого... Он был очень оживлённый, вертелся на стуле.