Говоров разговаривает с немцами

И моя, как бы сказать, миссия была только в том, чтобы я прослушивала радио, куда войска перекинулись. Сначала было, что войска всё отступали, а потом, значит, вот когда наступление пошло уже, я всегда с радостью встречала своих соседей и прочих с сообщениями, что туда-туда или туда-сюда. Если судить о военных действиях, мы, конечно, уже знали, с какой стороны кто стреляет. Часто стреляли из Кронштадта, но тогда мы радовались. Орудия кронштадтские стреляли по немцам. Когда немцы стреляли, мы тоже уже знали, в какой район идёт обстрел. У немцев была очень аккуратная работа, можно так сказать. Они начинали ровно в 9 утра. До 9-ти утра можно было куда-то сбегать, если нет авианалёта, авианалёт, конечно, не регулировался. А вот эти войска, которые стояли вокруг Ленинграда, они жили по своим, можно сказать, режимам. Потом помню, что вот эта территория, где Варшавский и Балтийский вокзал, на той стороне стояли дома. Это Обводный канал. Я помню картину: как будто там были просто кирпичные горы. Не дома, а кирпичные горы. По чему стреляли? Может быть, стреляли по Ленинграду? Может, у них наводка была неправильная. Но вот та территория за Обводным каналом была разрушена очень сильно. Был любимый у меня товарищ Говоров. И когда 18 февраля был прорыв блокады, вот мы сейчас празднуем снятие блокады, а тогда был прорыв блокады. И был такой же солнечный светлый день, и так грохотали эти орудия, казалось, действительно, что земля дрожит. Были такой сильный бой, так скажем. Ну я и говорю: «Вот, что где?» А тётушка говорит: «Ооо, это Говоров разговаривает с немцами».