Значит, когда мы переезжали с Васильевского острова, переезжали мы на Петроградскую, это был март месяц, начало марта, но почему-то было холодно, и снег был. И чтобы попасть с Васильевского на Петроградскую, надо было ехать по Тучкову мосту. И вот мы с мамой едем, саночки она везёт. На саночках, как всегда, опять швейная машинка, потому что она пригодилась. Мне мама форму, мало ли, из кусков там платья сшила же или что-то. Поэтому нам это всё нужно было. И вот, швейная машинка, какие-то, может, ещё узелки везли на саночках через Тучков мост. Навстречу очень много шло вот этих саночек с покойниками, люди везли. То есть, нет чтобы мы одни шли по этому мосту. Мы не одни шли. Туда, в нашу сторону, мало было – человека 2-3, я так чего-то вспоминаю. А в эту сторону, в сторону Пискарёвки, было много. И вот на что я обратила внимание: когда уже около нас проезжает саночки, то ли мальчик, то ли дедушка, потому что невысокого роста, в зимней шапке, закутанный такой, и он отъехал к парапету моста и сел на корточки. Я маму дергаю: «Мама», – вот обычно же все едут, везут всё-таки, а этот вот в сторону отъехал и сел. Я маму дёргаю, она говорит: «Поехали дальше», – то есть этот уже человек уже дальше не повезёт, и то есть вот так вот тоже погиб.