Есть в музее мои экспонаты – сковородка, на которой я пыталась жарить свой хлеб. На чём? На заводах, и маме тоже, выдали растительное масло – это целая бутылочка, из-под микстуры большой, вот и мама принесла. Это была олифа очищенная. В нашем городе это практиковалось. И, вы понимаете, сковородки, хотя, во-первых, нужно было много использовать... Я, да, была конфорка у меня на буржуйке. Я только снимала из неё вот эту металлическую с такой крышечкой, с ручкой можно было её поднять, иногда никак. Я с помощью ножа туда ставила сковородку, доставал до сковородки огонь, и что делала? Капну туда водичку, и если она сразу зашипит и испарится, значит готова. Я наливала вот эту очищенную олифу и кусочек хлеба. Ну, вы знаете, начинало гореть на сковородке. И пропадал хлеб, мне было жалко. Я перестала это делать. Кроме того, мне показалось, что это невкусно. И ещё, когда на предприятиях выдали костную муку в 1942 году, мама принесла. Когда ее отпускали, что было очень редко, а папу вообще не отпускали. А костная мука, знаете, на что шла? Я немножко забегаю вперёд. Костная мука шла на удобрение полей, на корм птицам. У всех булочных фактически были маленькие базарчики. На этих базарчиках можно купить было дрова, купить, в общем, что хотите, и кусочек хлеба можно было, всё, от начала до конца – иголку, нитку, какую-то тряпку, книгу, кусок хлеба, там, полено или несколько поленец.