Твёрдый характер Всеволода Михайловича Боброва

Надо сказать, что это был человек твёрдых убеждений, не то что смелости, но характера – очень и очень твёрдого характера. В 64-м году, когда я пришёл в «Спартак», меня поставили на ставку – 120 рублей. Всё как по закону: трудовую книжку завели, записали слесарь (раньше у нас профессионалов не было, писали всякую ерунду – слесарь, помощник слесаря). 120 рублей. Была практика не только в «Спартаке», но практически во всех командах: надо было поддерживать ветеранов – тех, кто играл, в большей степени выкладывался, и по времени, и по усилиям. Чтобы их стимулировать, с молодых собирали по 40 рублей и приплачивали ветеранам. Пришёл в команду Всеволод Михайлович, прознал это, вызвал меня и говорит: «Ты что, хочешь, чтобы я за 40 рублей в тюрьму сел?» – напустил строгость. «Перестань это делать! Чтобы я это больше не видел». Всё. И с тех пор я больше не отдавал эти 40 рублей. Он молодых поддерживал, считал, что это неправильно. Молодой должен получать свою сумму. Действительно, это было нарушением: если бы об этом прознали органы, ему могло бы сильно достаться в первую очередь. Короче говоря, больше этого не было.