На ковёр к Фурцевой

Мы приезжаем в ЦК, поднимаемся к кабинету Фурцевой. Я говорю Сурину: — Всё в порядке. — А почему вы так думаете? — Секретарь нам улыбается. Если бы нас вызвали, чтобы ругать, она бы смотрела на нас как мышь на крупу. А сейчас улыбается — значит, всё в порядке. — Ну, это вы так думаете… Почему я это сказал? Потому что секретарь как раз ушла докладывать Фурцевой, что мы приехали. Заходим в кабинет. Фурцева выходит к нам навстречу и говорит: — Прекрасно, посмотрели фильм, довольны. Поздравляем вас. (Они копию смотрели.) Сурин, пожимая ей руку, говорит: — Мы старались, Екатерина Алексеевна. Она говорит: — Поздравляю. Григорий Наумович, а вот Никита Сергеевич спрашивал: всё ли у вас в порядке, нет ли у вас каких-либо просьб? Я говорю: — Нет просьб. А Сурин говорит: — Есть просьба. Он же живёт у нас в одной комнате в кооперативной квартире. Дайте ему квартиру. За это я до сих пор очень благодарен Сурину, потому что Екатерина Алексеевна сказала: — Будет вам квартира. Вот эту квартиру я и получил за «Чистое небо».