Вы знаете, вообще так он мне не рассказывал. Хотя, конечно, я думаю, что опыт огромный. Ну как это он… для него это было очень важно – то, что он в войну почувствовал, как говорится, сам и что он был фронтовик. Я только помню, он рассказывал как-то вскользь один случай. Он дружил на фронте с одним парнем. Он был по национальности еврей. И его очень быстро убили, прямо на папиных глазах. И он рассказывал, что, когда папа уже был ранен, а потом его комиссовали, и когда он демобилизовался, то он ездил к его матери и рассказывал об этом, как это всё произошло. Вот единственный факт этот я помню.