Французский взгляд на русского гения

На Таганке в последний день прощания там были все. Никто никого не стеснялся. Всем было друг на друга наплевать. Они были убиты этим горем, потрясены, поражены. Марина была, хотя к тому времени их отношения сильно расстроились. Марина была как мертвая. И я даже подумал, что, может, я дико ошибался. Просто она умела сдержанно себя вести и скрывать. Но она действительно умела. Потом вышла книжка, которая полностью подтвердила мои опасения, мои представления о характере их взаимоотношений. Да, она его любила, но по-французски. А он её тоже, не по-русски. И они оба подделывались друг под друга, когда встречались. Из-за этого существовало напряжение. Оно существовало всегда. Я его чувствовал просто кожей, хотя внешне всё было прекрасно. Но если бы это было так прекрасно, если бы это было так, как казалось, Володя с его страстью никогда бы не завел другой женщины. Это не была его половина. Книжка меня очень разочаровала. Очень разочаровала. Она разочаровала своей страшной неправдой. При том что фактографически там всё чистая правда. А в целом — это не про Володю. Она ничего не поняла в нём. Хотя считала, что она прямо в самой душе Высоцкого, она не поняла, кто это такой, что это такое. Это французский взгляд на русского гения. Да ещё взгляд женщины. Очень многие проблемы, о которых она пишет, она понимает неправильно. Вот точно факт, точная проблема, но смотрит она с той стороны, с которой ни один человек, живущий в этой стране, на эту проблему не смотрел. И та сторона, которая для неё важна, ни для кого не играла никакой роли. Может, это глупость и неправда. Это был огромный кусок Володиной жизни. Это было огромное счастье, больше влечение. Она открыла ему мир. Он побывал в Америке и во Франции. В жизни бы не выпустили, если бы не Маринина настойчивость и умение блеснуть французским партийным билетом в нужный момент. Он бы никуда не выехал. Она сделала очень много в этом плане. Но у меня есть подозрение, что, если бы у него была другая жена с русским менталитетом, он был бы жив. Я так и не ощутил её русским человеком, вообще человеком из этой страны, «Совка», так грубо говоря. Потому что левые и правые, интеллигенты, жалобы — мы все совок. И остались пока. Вот моя дочка уже другой человек, ей 14–15 лет. И вот чего-то там говорят, что жена — это половинка, которую надо найти, чтобы появилось целое существо. Она не была половинкой Володиной. И от этого много трагедий.