Борьба с еврейскими шпионами на местах

Помню, собрали нас два факультета. И сотрудник КГБ говорил: «К евреям нужно ко всем относиться внимательно, потому что вот такая организация, как “Джойнт”, – это шпионская организация». Кстати, сейчас она гуманитарную помощь оказывает всему нашему населению. «И смотрите, потому что среди вас могут быть тоже еврейские шпионы». И вы себе представляете, я сидел, когда мои друзья поглядывали и думали: а вот кто он такой. Но восприятие было, в частности моё и моих товарищей, такое, что да, действительно они, эти злодеи, злодеи в белых халатах. Как я помню сейчас заметку Ольги Чечёткиной – на первой странице её статья о том, что злодеи в белых халатах. И так это и было воспринято. Я матери написал письмо: какой стыд, какой срам, что люди нашего народа кладут пятно, и тень падает на весь народ. Но оказалось, что я был не прав. По существу, если вспоминаешь, то с детства слышишь анекдоты, высмеивающие евреев во всех ипостасях. Какой-нибудь бедный зачуханный еврей – это, значит, плохой, потому что он зачуханный еврей. А если дело имеешь с каким-то интеллигентом, учёным, то тоже говорят: ну, это, значит, хитрый, вот он пролез, значит, он учёный, все они такие. И это же ведь тоже тонкое такое чувство, но чувство неприязни, чувство унизительное для евреев. И я чувствовал, как и все другие. Я рос на Украине, так я себя ощущал украинцем, а не евреем. Потом в России я себя ощущал русским. Скажем, на фронте никто не задумывался над тем, ты русский, украинец или татарин, потому что общая беда всех объединяла. И это было прекрасно. Я даже потом после войны как-то матери писал, что это было самое хорошее время, потому что там человек должен был себя проявить как-то. Если плохой – то, значит, сразу, ежели нормальный, хороший человек – то самые лучшие чувства и проявлялись в этих экстремальных обстоятельствах.