«Сворачивай шарманку»

Поворот такой довольно отчётливый во внешнеполитической ориентации сложился окончательно в марте 1939 года на XVIII съезде. И с этого выступления Сталина, где он заклеймил Англию и Францию как главных поджигателей войны. Но тезисы к съезду писались в январе 1939 года. Значит, и решение – пойти на сближение с Германией – возникло у Сталина ещё в январе 1939 года. Это подтверждается целым рядом свидетельств и наших дипломатов, и документальных свидетельств. Начались прощупывания немецкой стороны насчёт возможности заключения какого-то соглашения сначала в экономической сфере, а потом и в политической. Я думаю, что это не осталось без внимания и со стороны Англии и Франции. Инициатива переговоров, и надо сказать, что и Чемберлен проявил инициативу относительно этих переговоров. Это тоже факт интересный. Для Сталина уже тогда, в августе 1939 года, эти переговоры являлись своего рода ширмой. Я думаю, что у него уже созрело желание пойти на сговор с Германией, чтобы столкнуть её с Францией. Поэтому переговоры-то были поручены вести Ворошилову – отнюдь не дипломату. И надо сказать, не особенно умному политику. Англичане это тоже прекрасно понимали, и они видели эту игру Сталина. Ну, и англичане со своей стороны тоже вели параллельные переговоры с Гитлером. Значит, там речь шла о том, кто больше даст, и кого можно будет лучше использовать: либо Сталина, либо Гитлера. Ситуация была, конечно, очень сложной. Это были сплошные внешнеполитические дебри, в которых трудно было разобраться. Но ясно только одно: Гитлера могла сдержать коалиция между Советским Союзом, Англией и Францией, к которой неизбежно присоединились бы Соединённые Штаты. То есть по сценарию Первой мировой войны. Это стратегическая закономерность. В конце концов Антанта была воссоздана, но уже после начала войны против Советского Союза. В подтверждение того, что Сталин, в общем-то, несерьёзно относился к англо-франко-советским переговорам, служит инцидент, о котором нам рассказал в редакции «Военно-исторического журнала». Это было где-то в начале 1960-х годов. Адъютант Ворошилова, за несколько дней до того, как стало ясно, что уже ничего не получится и для англичан, и для французов, – это было, кажется, 21 августа, – Сталин вызвал к себе адъютанта Ворошилова и передал ему записку такого содержания. Это со слов адъютанта Ворошилова. В записке значилось: «Клим (то есть Ворошилов), Коба (то есть Сталин) сказал, чтобы ты сворачивал шарманку». Значит, Сталин рассматривал эти переговоры как шарманку. В этом, собственно, и раскрывается его тайный смысл, так сказать, подход к этим переговорам.