Когда я перешёл из простой школы в художественную, я удивился: у нас не было драк в художественной школе. В простой школе нужно было всё время доказывать свою… вообще. Тем более это были школы в 43-м году или в конце 42-го, по-моему. Да, разделил Сталин, чтобы было, как до революции, – мужские и женские. И драка – это была обязанность каждого мальчишки: обязательно доказать свою физическую силу. А в художественной школе это не было принято совершенно. Единственный раз меня побил старший мальчишка, кстати, талант. Это удивительно. Я знаю – у нас в художественной школе было два мальчишки, которые действительно поражали меня талантом. Этот Полиев. А я приносил из дома репродукции Матисса, Пикассо, там, Сезанна. Потому что никто же не знал их, никто не видел. Я приносил, а этот Полиев – он старше был меня, наверное, на два года, это колоссальная разница, – он увидел Матисса. Я это помню – это портрет: мальчик в зелёной рубахе, розовых штанах, так нарисован ярко, красиво. Он бросился на меня с кулаками, стал меня бить. И я помню, что тогда я понимал: он потрясён. Он больше всего любил Врубеля, и он потрясён этим вызовом Врубелю. И я нисколько не был на него сердит. Я понимал, что у него – художественное потрясение. Тогда этого Полиева исключили из школы. Ну, что-то он не мог осилить тригонометрию. И он отправился к себе в Казахстан, откуда он был родом. И там его зарезал хулиган, потому что он уже не вписывался в ту среду – он был художник и талант. Кстати, возвращусь к Мыльникову – он тоже был учеником Мыльникова. Ну да, на два года он старше меня. И Мыльников взял у него – это очень часто, учителя берут что-то у своего ученика – он взял у него и гамму, и вообще некоторую особенность его работ в своей дипломной работе. Лучшеe, что сделал Мыльников. Я помню, ребята, которых исключали из школы или они уходили из школы, появлялись в простой школе, возвращались к нам из простой школы, говорили: «Вы не представляете, какие идиоты там в простой школе». Дело в том, что способности – неважно, к рисованию – это тоже интеллектуальный какой-то уровень. И в художественной школе люди обычно больше развиваются, более развитые и более способные. Но вообще интересно, что… Я теперь был как-то в художественной школе, в этой, в которой когда-то я учился. Ну, она совсем другая. Прежде всего, разница в том, что у нас были только мальчики. Ну, на класс – полторы, как я говорю, девочки. Это значит: в классе человек 12–15 и 1–2 девочки на класс. А теперь – я был там – ровно такая же пропорция, только мальчиков на класс 1–2 мальчика. И это причём интересно, что это не только в России – во всём мире. В Париже мы живём около художественной школы, и идут утром и вечером стада – одни девочки с папками, ну, 1–2 мальчика. Это интересно. И я не слышал никаких объяснений на эту тему, но это интересно.