Потеря автомата

Когда мы меняли воинов, стоящих на передовых позициях, во время марша я потерял автомат, потому что на мне было столько вещей. Потому что каждый солдат автономен, всё на нем – патроны, кушанье, бельё и прочее-прочее. А я, как командир, помогая, отставать стал. С пулемёта ручного диск такой снял, на себя надел. Стал отставать кто-то ещё – сапёрную лопату большую взял, тоже таскали с собой. И главное – автомат. Потому что когда каждый солдат ложится, садится, он сначала оружие кладёт, потом вещмешок снимает и отдыхает, то же самое и получилось. А я не мог даже сесть самостоятельно. Меня посадили, я начал разгружаться, автомат взяли, лопату взяли, сняли с меня, командира. Когда обратно собирался, автомат забыли мне передать, в траве где-то остался. И я доложил командиру, но уже особый отдел знал – командир без оружия. Пришли мы в Изюм, меня сразу арестовали. Всё сняли с меня, потому что ремень и прочее, не дай бог повеситься, и – на гауптвахту на ночь. Это было ночью. День таскали меня по маршрутам, где мы ходили, я показывал, что это не намеренно, потому что я не хочу воевать, это – случайность, вот такая история, это случайность: «Вот спросите ребят, они вам всё расскажут». Два лейтенанта водили меня по этим маршрутам. Ведь самое страшное для меня было – это позор, позор для рода. Не только мне. Убьют меня, и Бог с ним. Но род. «Вот он арестован, вот он расстрелян, предатель», – вот самое страшное было для меня.