Моя мама. Тяжёлая жизнь

Мама у меня обыкновенная русская женщина. На постоянной работе работала она в санитарной станции, как из деревни приехали. Это раньше на рынке была специальная палатка или там строение какое-то, санитарная станция принимала на продажу. Привозят там поросят зарезанных, всё должны были сдавать: кишки, кожу. Всё это принимала она в этом санитарном вагончике. Она это всё потом переносила домой. Кишки она промывала, мерила на метраж, связывала узелками, как нитки, и засаливала. Потом из Москвы приезжали, забирали у неё бочки с этими солёными кишками и ставили ей новые бочки. И она снова. И вот так мы она работала. Уже в начале войны приехали, последние забрали и сказали: «Всё, больше мы не приедем». Работа её кончилась. У меня мама осталась, нас было четверо. Вот она с четырьмя детьми одна крутилась. Вот отработает там на рынке, вечером приходит, идёт одной старушке помогать. Инженеры у нас на заводе работали, взяли и мать, и отца. И остался ребёнок восьмилетний. В общем, бабушка взяла его на себя, а она старая, сама не успевает, вот моя мама и стирала на них, и готовила. Придёт, всё приготовит на целый день следующий. Если бельё какое – заберёт и выстирает. Я не помню свою мать, чтобы у неё было какое-то праздничное платье. У неё всегда было простое платье, которое она сшила сама. Она придёт, его выстирает, оно за ночь высохнет, она рано утром встанет, его выгладит и идёт опять в чистеньком на работу. Вот так и жили. Хамса у нас была – это самый наш продукт. И хлеб, норма хлеба была. До войны тоже было, в 32-ом году карточки были. Вот когда я в школу хожу, некоторым рассказываю, как ученики ходили в школу. Писать было не на чем, они по домам ходили, из газет шили тетради и по этим газетам писали. Школы плохо отапливались, и заводы также плохо отапливались. Мы на себе, на санках, для завода ездили за торфом за брикетным. Это новая деревня, где-то под Ликино-Дулёвым. Она последнее время, как война началась, и её уже там, видно, знакомые были врачами, на 4-ом заводе… Она работала уже в столовой, как официантка и как уборщица. И всю войну там проработала. И даже после войны, пока не родилась у меня дочка. Я замуж вышла. А тогда было очень тяжело с яслями, с детским садом, очень было тяжело. Так что посадили бабушку сидеть вот с этой внучкой, которая меня теперь провожает. Она умерла в 67-ом году от рака.