На дрезине в Ленинград под бомбёжкой

Волосово. Как только мы успели добраться туда, уже поезда не ходили в Ленинград, и мы буквально на последних минутах поймали дрезину, на которой уезжал начальник станции и ещё там несколько человек. Там дрезина и такая открытая платформа была. Мы на дрезину и поехали в сторону Ленинграда. А дело в том, что это была последняя дрезина, и начальник станции, чтобы нас немцы не догнали ни на чём, я так понимаю, подорвал железнодорожные пути. И мы были последние, кто с этого Волосова уезжал. Я так понимаю, что там везли какие-то документы, потому что сначала он не хотел нас брать вообще. Но бабушка просто объяснила ему, что «ну вот что нам делать». Он говорит: «Ну ладно, садитесь». И мы, лёжа на этой открытой платформе, прицеп был к дрезине, ехали.Пока мы ехали до Ленинграда, появился немецкий самолёт-истребитель, и чего-то наша дрезина ему очень понравилась. И он захотел её оприходовать. Но очень были, видимо, грамотные водители этой дрезины: он то ускорял её, то тормозил. Этот немец несколько раз всё промахивался: стрелял, и всё мимо. Когда останавливалась дрезина, мы разбегались в обе стороны от железной дороги в кусты, а когда улетал на разворот, мы на дрезину и опять вперёд. Помню: летит и стреляет, очень даже хорошо видно. Но, вы знаете, сильного страха не было, не знаю. Может, из-за того, что парень, как-то я без паники это дело воспринимал. Такими рывками, короче говоря, мы до Ленинграда и доехали. Уже приехали чуть ли не под вечер, пока до дома добрались... В общем, пришли, а дома никого нет: мама на работе, как выяснилось, а деда, оказывается, уже организовали отряды местной противовоздушной обороны – МПВО. Он был там чуть ли не начальником даже этой МПВО, где-то там дежурил на крыше. Потом уже соседка сказала, что он там у вас наверху где-то сидит.