В 9 часов утра мне дали повестку на работе на этой. А в 2 часа дня уже нас отправили в Новоград-Волынский. И там мы на поле боя. Так говорили: «на поле боя». Там нас возили, учили, оружие разбирали, изучали оружие. Там давали нам обмундирование, и так я попала… Всё быстро было: в 9 часов забрали, а в 2 часа я уже за 80 километров, уже нас в Новоград-Волынский отправили. И всё. Мать не знала, где я, куда я, и что я. Писем мне никто не давал писать домой. Наверное, через полгода только собрали наши письма, принесли то, что нам писали, потому что искали нас, это начальник штаба, нас много таких попало. Нас всех с одного завода, с фарзавода. Одна учительницей работала, учила, а потом пришла на фарзавод, она тоже в подполье была у партизан. Человек шесть было женщин, и пять или шесть мужчин наших коростеньских. Из Воронежа, из Челябинска, из Москвы. Начальник штаба был москвич, Субботин, Фесячко был из Москвы, Чугунков был из Москвы. Подполковниками были уже в званиях. Они все были в той части. Организовали, сначала был Украинский 1-й Фронт, мы были. А потом стал 4-й, уже тут собрали больше, потому что не только 37-й участок военный, а уже открылось три или четыре, там ещё дальше продвигалась армия – опять же, участки добавлялись, потому что территория ж большая.