Могло ли всё сложиться иначе?

На второй день мы встретились, планировать начали, что будем делать. Он затеял статью, опять же, о перспективах социалистического выбора в этих условиях, носился с этим социалистическим выбором, хотя уже не только по существу, но и, так сказать, в его понимании этот социалистический выбор уже не был похож совершенно на социализм. Там от социализма, особенно нашего советского социализма, уже ничего не оставалось, но тем не менее он хотел держать какую-то часть населения, какую-то часть публики при себе, так сказать, и боялся, что его обвинят в измене как раз нашим основным советским ценностям, поэтому писал эту статью. Но вместе с тем главное внимание в этой статье было уделено, конечно, текущему моменту, как принято было говорить, то есть конкретной ситуации, очень тяжёлой тогда уже ситуации. И он разбирал ситуацию как чрезвычайную, но вместе с тем категорически возражал против того, чтобы вводить чрезвычайное положение, потому что считал, что это будет кровь, это будет гражданское столкновение по всей России и столкновение между республиками и так далее, и так далее. Между прочим, меня до сих пор спрашивают и иностранцы, и наши спрашивают: «Ну, а вот если бы Горбачёв подписал бы этот документ о чрезвычайном положении или если бы ГКЧП победило, взяло верх, что бы было?». Я глубоко убеждён, что была бы Югославия, но уже в российском варианте, то есть самым страшным, потому что республики уже расходились. Республик уже подвести под эту крышу советского центра, московского центра, было нельзя. И они воспользовались тем, что Москва себя так ведёт, Москва опять вводит диктатуру, Москва опять подбирает их под себя, и начали разбегаться сразу после ГКЧП. Это свидетельство глубокого кризиса, конечно, страны, но вместе с тем они бы больше не позволили себя подмять. Так что ГКЧП, вот считается так, что там неделю бы продержались, другую продержались, народу бы вообще наплевать на всё, лишь бы, может быть, была колбаса, было спокойствие и так далее, но я не думаю. Я глубоко уверен в том, что это был бы кровавый крах страны, а не такой, какой всё-таки он произошёл.