Возвращение на родину. 1936 год

Я прихожу на доклад к заместителю начальника иностранного отдела Горожанину. Он на меня какими-то прозрачными пустыми глазами смотрит, я ему начинаю что-то рассказывать, докладывать, а он смотрит на меня, как будто через меня смотрит, ничего, видимо, не усваивая, в каком-то нервном состоянии. Не дослушав мой доклад до конца, говорит: «Поезжайте, возьмите путёвки, поезжайте и отдохните. А потом будем тогда разговаривать дальше, что дальше будем делать». Я, значит, поразился. Потом походил по товарищам – у всех нервозное состояние. Это был 1936 год. Нервозное состояние у всех. И я решил тогда позвонить Артуру Христиановичу по телефону. Узнал, где он работает. И он сразу: «О! Приехали? Приходите!» Значит, я пошёл в Разведывательное управление и стал ему докладывать, что он меня посылал, я хотел перед ним по-настоящему отчитаться. Я имел право, знал, что это всё в условиях секретности находится, ничего здесь не видел такого, хотел получить его оценку. Он, как только я начал ему рассказывать о своих делах, остановил меня и сказал: «Подождите». Берёт трубку, вызывает начальника второго отдела Разведывательного управления, чекиста Карина, которого я тоже знал как опытного резидента за рубежом, и говорит: «Фёдор Яковлевич, приходите, тут товарищ интересные вещи рассказывает». Тот сразу же пришёл, и вот меня слушали эти два аса: один – контрразведчик стареющий Артузов, который теперь стал уже начальником разведки, который, не работая сам никогда за границей, выезжал в командировки и очень тесно общался со всеми людьми, которые там работали, он схватывал всё на лету, так что был в курсе дела. А второй – опытнейший резидент. И в течение 2-х часов я им рассказывал, а они задавали вопросы, и состоялась беседа. После этой беседы Артур Христианович сказал: «Вот у нас такое положение. Мы можем, мы взяли с разрешения политбюро 15 человек чекистов, мы можем вас отозвать, попросить, чтобы вас откомандировали даже. Согласны вы к нам перейти работать? Тем более, что вот товарищ Карин, начальник Восточного отдела, он заинтересован в этой работе, чтобы вы перешли». Я дал согласие. Был оформлен при помощи Буланова, который меня знал. Буланов Павел Петрович – член коллегии, который потом на процессе фигурировал здесь. Он дал команду, чтобы меня откомандировать по запросу Разведывательного управления туда. И таким образом я оторвался в 1936 году сразу же… То есть 2 года я был в Восточной Сибири, оторванный от этой конъюнктуры, 2 года я был за рубежом – 4 года. Вот после 4 лет отрыва от всей этой обстановки я попал в Разведывательное управление.