Мой педагог Борис Яковлевич Землянский

Вы знаете, я, конечно, маму не могу не вспоминать, потому что есть какие-то основополагающие вещи, которые она мне дала и которые мною просто генетически унаследованы, потому что я близкого склада с мамой, хотя от папы тоже есть. Я всё время наблюдаю за тем, что вот здесь у меня папа появился, здесь мама – то есть это неотъемлемо. Мы вообще не можем себя просто взять и отделить от своих родителей. И также от своих учителей. Я же училась не у мамы. Она меня очень разумно и, спасибо ей, вовремя отдала замечательному педагогу – которому, кстати, в этом году будет сто лет. Это Борис Яковлевич Землянский. Замечательный человек, такой, знаете, совершенно русский типаж. Он был очень скромным, очень не любил выставляться, невероятно посвящённый делу – такой, как я его называла, работник алтаря. Он весь был в своём деле, очень внимательный к ученикам, невероятно внимательный, одухотворён ко всем деталям нашего делопроизводства, если уж такое дурацкое слово можно назвать. Замечательный музыкант, очень горячего сердца, но при этом такой скрытный, скорее, человек не социальный, что давало особую специфику его общения. Он не любил впускать в класс посторонних людей. Знаете, у нас всё время ходили какие-то повышения квалификации из разных городов, какие-то делегации учителей, которые… Он говорил: «Нет, нет, нет – в следующий раз». Он создавал такую интимную атмосферу – совершенно противоположную тому, что у мамы было. Мама – это артистическая натура, всегда у неё полно в классе, она выступает. То есть её уроки – это тоже шоу. Ну, в прекрасном смысле шоу, да. А у него это такая интимная лаборатория – совершенно другой подход. И необыкновенно много мне дал Борис Яковлевич. Я его вспоминаю тоже всё время в своей работе. Но не то чтобы я там, знаете: «А что бы сказал он в этом…» – нет. Я просто впитала то, что он давал, а давал он очень много. И я очень его вспоминаю с благодарностью, потому что во мне это всё проросло каким-то образом. Ну, в нас прорастает всё, что мы воспринимаем с жадностью и на чём мы, собственно, формируемся как личности. Поэтому, естественно, мы не можем не вспоминать.