Пермь в годы войны. Эвакуированные

А в Пермь довольно часто мы… Раз в неделю, наверное, навещали дедушку и бабушку, что-то им приносили со своего огорода. Очень изменился город. Хотя война началась летом, но почему-то сразу представляю военную Пермь зимнюю, очень морозы были большие, 30-40 градусов, и на Архиерейке тоже были такие морозы. И вся Пермь была погружена в тьму вечером. Значит, даже там, где было электричество, то было затемнение, а большинство домов освещалось коптилками маленькими или, в лучшем случае, керосиновыми лампами. И хотя в городе прибавилось население значительно, потому что приехали эвакуированные, но всё равно было такое впечатление, что город как-то опустел, стал такой мрачный, такой серьёзный, люди редко улыбались. Эвакуированные обращали на себя внимание тем, что это были люди, выглядевшие немножко по-другому. Конечно, меня больше интересовали дети. Значит, дети были одеты по-другому. В основном почему-то я общалась с детьми, которые приехали из Москвы и Ленинграда. Значит, они были более модные, несмотря на войну, всё-таки одеты по-другому, и держались как-то раскованно, они по-другому играли. Вот, например, на Архиерейке мы с эвакуированными девочками освоили «Круговую лапту», очень нам нравилась эта игра. А до знакомства с ними мы не играли в «Круговую лапту». «Прятки» – наша обычная такая игра, «Казаки-разбойники», любили прыгать через верёвочку, на доске любили прыгать. Во дворах многих были «Гигантские шаги». Ну, как-то в войну игры не очень у нас были развиты, хотя всё равно детство оставалось детством. Вот, например, на Архиерейке когда мы жили, мы очень много ходили на лыжах по лесу, и очень часто я ходила одна, прямо вот несколько километров проходила, и сейчас мне очень удивительно, что родители меня отпускали одну и нисколько не волновались по поводу моего отсутствия.