Мы утром спустились на ту сторону, где находилась Квантунская армия. Кухни развернули, начали готовить. И вдруг кавалерия мчится на нас через кукурузное поле. Никто не понимает, что происходит. Оказывается, с Салунья шёл офицерский поезд, эвакуировался, и мы его опередили. Сразу развернулась первая артиллерия, танк выстрелил по паровозу. Офицеры выскочили и на ближайшее возвышение спрятались. Но что делать? У нас такое вооружение. Они видят, что дело плохо, разворачиваются, а мы в кукурузном поле, и начинается схватка ножами. Автоматами не постреляешь: я в тебя не буду стрелять, ты в меня. Много наших порезали. Потом смотрим, разворачивается конница. Все лошади белые, как облако, мчатся. Солнце уже взошло. Тут команда сразу: «Развернуться цепью на правую сторону, встретить конницу! Огонь!», и никто не стреляет. Жалко лошадей. Потом командир говорит: «Что вы ждете?! Чтобы они нас лошадьми подавили?» Ну, тут начали стрелять, и всего 5 или 6 лошадей осталось живых. Это была наша первая стычка.