Когда под крылом показалась Гавана, я говорю: «Роландо, ала Гавана». – «Ен». – «Хорошо». Повернулся, взял штурвал в свои руки и говорит: «Взял я управление». Чуть пролетели выше над морем, завернул такой мираж налево. Знаете, только военные лётчики могут, наверное, такое, а не на гражданке. И перед самой водой почти выпрямил и вписался в лётно-посадочную полосу. Это был класс. Все кубинские лётчики несколько отличаются от наших, то ли более рискованные, то ли более независимые. Как-то возвращается из провинции Орьенте в Гавану на ИЛ 18-м, четырёхмоторный наш. Он перед Гаваной пошёл, как в пике. Это громадина, 4-х моторная. Я думал, всё, кранты будут, разобьёмся. Нет, выпрямил, перед землёй погасил скорость и сел в аэропорту Хосе Марти, там, где и надо было сесть.