Закончила, направление получила в Таганрог. В Таганроге открылось в это время, в 53-м году, конструкторское бюро «ГСКБ». Самоходных комбайнов у нас не было, и вот мы стали проектировать самоходный комбайн. Спроектировали его, у нас был цех инструментальный, там, значит, делали детали, и мы находились при заводе комбайновом. Какие-то детали делал комбайновый завод для наших. И вот собрали первый комбайн. Ну, у меня есть фотографии, когда мы его это из ворот цеха вывозим, обрезаем ленточку. У нас конструкторское бюро было распределено, как в комбайне, – части. Наша была жатка. Жатка и молотилка, там сено было. И я работала в жатке. Жатка – это та, которая косит и подаёт в молотилку скошенное. Вот это была наша работа. Я занималась в основном режущим аппаратом, это который косит. А жатка, там как бы лыжи были такие внизу, она на земле, и она должна была копировать землю всю. И мы должны были сделать так, чтобы всё работало. Направо повернётся, налево повернётся, вниз – какая поверхность земли. Вот это жатка, в жатке я работала. Самое сложное было – идёт вращение, а нам надо было в горизонтальное перевести, вот этот переход положения. И когда вал крутится, от этого крутящего вала надо было передать деталями всякими, чтобы это движение крутящее переходило в горизонтальное, и чтобы оно срезало всё, и потом подавало. Там был шнек, который собирал это всё и подавал в центральную часть. Наклонная такая была, транспортёр такой, который подавал на молотилку. Вот это наша работа была. Сложно было переходить от вращающего движения в горизонтальное, вот эти детали там, всё. У нас в общей сложности, я не знаю, ну, может быть, человек пятьдесят было. Но у нас было человек 8 или 10 в нашей группе, в нашем отделе.