Когда немцы начали подходить, а у нас кругом были леса и болота, организовали партизанские отряды. Все взрослые, которые остались и не успели уйти в армию, ушли в партизаны. У меня был друг, Лисичкин Пётр, мы остались в деревне, потому что всем нельзя было уйти, нужно было общаться. Взрослым туда нельзя было заходить, потому что полиция сразу арестовывала и увозила. Мы с другом были приписаны к местному партизанскому отряду, руководителем был Дьяченко Михаил Фёдорович. Он знал нас и давал задания: где стоят немецкие войска, где механизация, как охраняются мосты железной дороги. До 1943 года мы ходили в разведку. Днём выходили и докладывали, где расположены шоссейные мосты, железная дорога. Ночью шли подрывы. Немцы были так зажаты партизанами, что ночью движение прекращалось. Они не знали, что делать, и собрали людей, вырезали лес на 50 метров с одной и с другой стороны железной дороги и шоссе. На ночь устанавливали полицейских, чтобы они ходили и не давали партизанам действовать. Но партизанам всегда удавалось выполнять задания. Они выходили втроём, двое оставались на охране, а третий закладывал мины, взрывал железнодорожное полотно. Полицейских, которые попадались, уничтожали. Это длилось до мая 1943 года.