Ну, и дальше стали думать, я понимала, что оставаться мне там нельзя, я подведу всю семью. Знала, что надо было перейти на другую сторону речки. В нашем городе была узкая река, неглубокая, а по ту сторону уже были румыны. Вокзал Бар находился в пяти километрах, и туда ехали через наш город, а там уже были румыны. Эта часть Винницкой области, включая Копайгород, была под румынским контролем, Одесская область тоже. У румын был приказ: «С вашими жидами делайте, что хотите, а наших отдайте обратно». Многие, кто перешёл, были возвращены и погибли. Стас возвращался вечером со службы и сказал: «Знаем, у нас дома их дочка находится. Подождите, я её приведу, я помогу вам всем перейти на ту сторону». Он пошёл, я быстро собралась, и мы перешли на ту сторону. Вода была холодная, доходила до груди, надо было обсушиться. Один из группы вспомнил, что работал с человеком, живущим недалеко, и предложил зайти к нему. Он вышел и сказал: «Я не могу помочь, у меня семья, жена, два сына. Ты меня извини». Но затем добавил: «Эта девочка на еврейку не похожа, я её заберу». Мы пошли разными путями. Я видела, как к ним подошли два румынских жандарма. Он мне сказал: «Не оглядывайся!» Но я всё-таки оглянулась и увидела жандармов. Когда всех освободили и люди возвращались домой, их больше не было, значит, они все погибли. Я зашла в дом, обсушилась, меня покормили. Утром жена хозяина спросила: «Куда ты пойдёшь, дочка?» Я вспомнила, что у мамы работала женщина из села Мытки, примерно двадцать четыре километра отсюда. Её должность называлась сторожиха. Я часто приходила к ней, когда мама была занята, обнимала её, потому что мне нужна была ласка. Я знала только село Мытки и её имя – Маринечка, ни фамилии, ничего больше. И я к ней попала. Как – не помню, но она меня приютила.