Жизнь в коммуналке. Наши соседи

Папа по работе получил квартиру у аэропорта, метро «Аэропорт». Тоже двухэтажный барак, но очень известный. Два барака было на Красноармейской улице, недалеко от музея космонавтики и авиации. В нашей квартире было три комнаты. В одной комнате, ну, метров 15, нас четверо жило: папа, мама, приёмные брат и я. Во второй комнате жила, по-моему, Анастасия, какая-то молодая женщина, но вся седая. Она никому не говорила о том, что это такое, но в итоге, когда они были в эвакуации, их посадили на пароход, он тонул, их спасли, и вот с тех пор вот. Она работала недалеко от Моссовета где-то у какого-то там чиновника, не знаю, потому что в итоге за нами приезжала машина, и мы ездили в Филёвский лес гулять. Вот, а третья комната, туда вдруг приезжает Иван Васильевич Сидоренко, наш сосед новый, с Галиной, женой, и двое детей. Оказывается, они приехали из Китая, он торгпредом был. Вы представляете, в барак, в комнатку вот такую? Ну, они только приехали, и их поселили туда. Так как мама любила готовить очень хорошо и вкусно, а Галина ничего не умела, они же привыкли всё на готовое, так вот мама иногда им готовила вкусные вещи. И она попросила маму что-то такое необычное приготовить, потому что придёт комиссия из Министерства торговли смотреть их условия жилья. Мама наготовила, пришла комиссия, и в итоге они получили квартиру, дом, который построили австрийцы на набережной Шевченко, напротив МИДа, через Москву-реку. И они нас потом туда пригласили. Вы же понимаете, двухэтажный барак и вдруг в хрустале всё там. И я сколько лет помню, всё хочу туда их навестить, но, конечно, нет никого в живых, там дети, внуки, но всё-таки у меня записано, я по фамилии отыщу. Но так как наш сосед себя не очень хорошо вёл в итоге-то, если можно говорить, и он был торгпредом в Норвегии, потом ещё где-то. И так как он любил немножко поддать, в итоге он в Монголии торгпредом оказался, он работал у Патоличева, министра внешней торговли, вот такой был. Ну, у нас ещё сосед был из другого подъезда. Дом-барак двухэтажный, двухподъездный, все удобства на улице. Ужас. И у каждой квартиры был свой сарайчик, а он был параллельно дому построен. И у каждой квартиры было своё место. А сосед из другого подъезда был профессором института геологоразведочного, на Моховой этот самый институт, сейчас там университет. И он там работал профессором, а его сын Вадим был очень спортивный парень. И он меня всегда приглашал, он играл и в футбол, и в хоккей, ну, очень интересный. А сам он медик, хирург, учился в мединституте. Вот мы бегали на стадион «Динамо», он играл за мальчиков в футбол. В хоккей на водном стадионе, там, где Москва-река, был лёд, вот он там в шайбу. Вот такой развитой мальчик был, мы очень дружили. И вот этот дядя Боря, что ли, академик, профессор, смех-смехом, когда ходил в туалет, он издавал звуки, так сказать: «Ещё немножко, ещё немножко», и все соседи смеялись. Но это человеческое такое вот.