Приёмные родители

Вот, в итоге, ближе уже к завершению, ушли немцы, и меня дядя Гриша привёз в свою же квартиру в Одессу. Его дети, офицеры, вернулись с войны уже, и я помню, поселились военнослужащие тоже в квартире нашей, а родителей-то моих нет, их расстреляли, понимаете. И когда меня дядя Гриша привёз в свою же квартиру, а я смотрю, никого нет: ни папы, ни мамы, ни бабушек, ну, и рассказали, и много военнослужащих. Пели песню, я помню, Богословского «Тёмная ночь», вот эту песню я запомнил с тех пор. Все пели, каждый день. Ну и потом, в итоге, приехал муж маминой сестры из Ташкента, был суд, усыновили меня, дали фамилию свою, отчество тоже, и привезли в Москву. А в Москве он работал на 23-м заводе, имени Хруничева, раньше он назывался по-другому. Рядом с заводом был клуб строителей, деревянный дом культуры, и всех эвакуированных поселили туда, в этот клуб. Ну, это мои приёмные родители, значит, мама приёмная, Екатерина Леонтьевна – это сестра моей мамы Клары. А папа мой приёмный, её муж – Аркадий Семёнович Белокопытов. Мне фамилию дали эту. Ну, я им благодарен, всё. Их в живых нет, но навещаю, на Химкинском кладбище. А мама в Канаде захоронена, приезжаю иногда. А это Валя – это дочь дяди Гриши, который меня спас, мы вместе с ней, после вот войны, 44-й год уже.