Начало войны. Расстрелы евреев

История этой ситуации такова, которую мне впоследствии бабушка рассказала, и, в общем-то, это последствие вот этой ситуации. Когда началась война, отца призвали в армию, он был начальником госпиталя, я совершенно случайно недавно нашёл данные об этом: в музее толерантности набираешь фамилию, имя, отчество человека, который воевал… И там был начальником госпиталя, пропал без вести в 42-м году, фотографии нет, было написано. Отца призвали в армию, ушёл в армию, а мама, блестяще знавшая немецкий язык, ушла в партизаны, и меня оставила своей подруге. Но дело в том, что в этот момент, когда немцы вошли, они моментально стали собирать людей, под видом регистрации вывели всех, ну, там рядом с этим посёлком, и всех расстреляли. Я хочу сказать, что сейчас там стоит камень, на котором написано: «На этом месте было расстреляно всё еврейское население Дашева в количестве 1980 человек». И осталось три человека в живых, детей: это одна девочка, которая в этот момент не находилась, у кого-то была, один мальчик, которого тоже спасла украинская семья, и я. Осталось три человека. И вот эта история характеризует тот момент, потому что моя мама отдала меня своей подруге очень близкой, а когда вошли немцы, за укрывательство партизан или евреев у тех, кто скрывал, дома сжигались, всех людей расстреливали. И тем более, что все знали моих родителей, потому что отец был очень известным врачом. И бабушка после войны, она с этой женщиной встречалась, она говорит: «А что я могла сделать? Все знали, что я прячу ребёнка». И она унесла меня в поле и оставила.