ас, девушек, нас три вида учили воевать. Первый вид, как я, артиллерист. Второй вид – прожектористки. Третье – «колбасники» называем. Это «колбасники», как на колбасу похоже, такой на небе висит. Вот, Москву освободили этими оружиями. Немецкий самолёт, вот если попадёт, разорвётся. Дирижабли. И до этого много случаев было. Мы увидели, как вот этих «колбасников» целую… Не помню, сколько там девушек сражалось с немцами. Они всех убили. Они, как столбик, по дорогам стоят. Вот так, как столбики стоят. Но они до конца они сражались. Когда у них кончились запасы оружия, они уже умирали. Этих по пути очень много мы видели, погибших. Увидели, как немцы сожгли дома, увидели горящие дома… Как старики, девушки тоже измучились. Как они их тоже убивали. Ох, страшно. Силищу же страшную видели. А знаете, ведь и голодали. Нам дают… Хорошо, что дают на 4 дня. У нас мешок, с мешком мы ходим. Мы противогаз бросали, не надо. А мешок с пайком кончается, а не идёт кухня, кухня не идёт. Их тоже ведь вот немцы увидят и стреляют или бомбят. Они тоже здесь могут. Тогда мы что будем есть? Мы ведь голодные.