Как мы нашли сестру Розу

Когда приехал отец… аА отец тогда ещё писал насчёт Розы. Вот у нас же ещё была девочка, кроме Лёни – а мама всё про Лёню-Лёню, Лёню-Лёню. Ну, она и сказала, что произошло. По приезде, так после того, как мы вернулись в Песчанку, а вернулись мы в Песчанку по окончании первого класса, и после приобретения дома, домика небольшого, 6 на 6, в Песчанке, стали разыскивать Розу. Нашли её. Звать её стали Рая, фамилия Мурова. Приёмный отец был русский. Мать украинка, а отец русский. Ну, естественно, ребёнок, для ребёнка это было… Причём, самое интересное – местное воспитание было антисемитское, антиеврейское, и никуда от этого не денешься. Было судебное разбирательство, которое подтвердило, что это наша дочь, её пытались мы забрать. Но она так ревела, так плакала, что мы просто решили вернуть её обратно. Вернуть обратно, оказывая определённые финансовые услуги. И благодаря тому, что её вернули обратно, в 50-ом году родилась сестра Ева, по-еврейски Ховы Фейга. Ховы – это бабушка со стороны папы, Фейга – это бабушка со стороны мамы. Не хотели отдавать, это же ребёнок, они к ней привыкли уже, она тоже ведь пряталась, ведь люди же вокруг знали, что это еврейская девочка. Она в глухую деревню ушла. Ну, это уже… У неё не было своих детей. Они, правда, очень скоро померли. И где-то когда Рае исполнилось лет 13-14, и отец, и мать умерли. И тогда она сама стала нам, писать, записывать сама. То есть, когда она осталась одна. Ей было в то время, в 47-ом году, она с 41-го года рождения, 6 лет. Хотели выдать её замуж за еврея, но не получилось, она влюбилась в украинского парня, Палясный. Он работал на пароходе, пароходы из Одессы, одесские пароходы, поваром. Ну, такой был активный парень. И вышла за него замуж. Родители помогали им, ему помогали финансово, он как бы учился в Харьковском политехническом институте. И там всё оплачивал папа, помогал. Папа зарабатывал, я не знаю как, но он зарабатывал. Как с трёхклассным образованием – это было невозможно!