Как я чуть не умер

И вот что, осколок-то у меня первый раз не достали. У меня ночью нос был у меня и ватой, и кровью забит. И голова вся завязана. Я мог лежать только на спине, повернуться ни налево, ни направо не мог. Голова страшно болела. И как будто под коробкой в голове царапает проволока какая-то. А передо мной стоял, тут койки были, между коек столб. На этом столбике фонарик горел. И вот лежал и всё время на этот фонарик смотрел. И вдруг я стал чувствовать, что у меня в глазах начинается туман, туман, туман сгущаться. А под собой я стал чувствовать не соломенный матрац, а мягкую, тёплую, приятную перину. «Вот, – думаю, – теперь я засну». И я засыпал с открытыми глазами, смотрел на этот огонёк. Это было среди ночи. В это время сестричка ходила, осматривала больных. И когда я-то на этот огонёк смотрю с открытыми глазами. И она как раз напротив подошла, остановилась, повернулась в мою сторону, громко ойкнула и тут же побежала куда-то. Я не понял. Я и не думал, куда она побежала, а я всё засыпал, всё в глазах затемнело, темнело. Оказывается, в этой темноте, в сумерках в этих я увидел, что две белые фигуры летят. Мне показалось, что это белые лебеди летят. И ещё я засыпал и думал – как же так, птицы-то летают обеими крыльями, машут одновременно, а эта то одним крылом вперёд, то другим крылом. Пока я это думал, эти птицы повернули в мою сторону, и я догадался, что это бежали с носилками в белых халатах санитары ко мне. И когда ко мне прибежали, приподняли, у меня всё в крови, рубашка вся в крови. Оказывается, у меня пробило кровь через нос. И сколько-то времени текла через нос кровь, ну, так как всё у меня было забинтовано, и я не чувствовал, что кровь течёт, вот, почувствовал под собой тепло. И эти санитары подняли меня, сняли с меня эту в крови майку, обтёрли спину, стали класть на носилки. И я потерял сознание. Сколько я был без памяти, где я был – ничего не помню. Потом, когда память ко мне вернулась, я лежу на операционном столе один, кругом тишина. И хотел повернуться, взглянуть, где же я нахожусь. Медсестричка прибежала: «Больной, Вам нельзя шевелиться. Пока полежать надо». И я спросил: «Что, у меня осколок вынули?». Она говорит: «Нет, Вам делали переливание крови».