Потом, значит, мама сварила кашу, положила на блюдечко, говорит: «Зоенька, покорми». Я стала с блюдечка его, он ложечку съел, вторую: «Ой, Зоенька, я наелся, на всю жизнь наелся. Я больше не хочу». Я говорю: «Папочка, ты не наелся». – «Отведи меня». Я его отвела на кровать, положила, это было 6 часов вечера, положила на кровать, рядом с ним сидела, в 12 часов ночи он меня просит: «Дай мне таблеточку». Он так лежал, а я так повернулась вот так, взять таблеточку, повернулась, а он мёртвый. Он мёртвый... Умер. Потом мамочка видит сон и рассказывает нам: папочка сидел около сарая, на лестнице, и у него через плечо были баранки, и он нам баранки дал: «Наташенька, вот это девочкам баранки дай». – «Я, – говорит, – принесла, Коленьке дал, Зоеньке, Шурочке, Клавочке, Ирочке. А мне?» – «А тебе, ты скоро ко мне придёшь, я тебе оставлю». И ей не дал. Она расплакалась, что тоже, значит, скоро умрёт. от это коляска такая, тачка, да? Как называется-то коляска вот такая? Он сколотил гроб из досок, положили на коляску и по верхнему парку мимо дворцов повёз на кладбище. А похоронен он внизу, фотографии есть вот этого дворца. Внизу кладбище там есть, похоронил там, вырыл, я помню, кто вырыл могилу, похоронил его там.