Без воды

Карточки воровали, и меня не пускали за хлебом с карточками, потому что, чтобы купить хлеба по карточкам, нужно была очередь простоять. За хлебом ходила мама, а карточки воровали и хлеб отнимали. На моей должности была вода. Мне нужно было семью водой снабдить. Воды не было, водопровода не было, канализации не было. И, значит, у меня была такая обязанность. Бабушка меня утром наряжала, одевала потеплее и отправляла на Гороховую улицу. Там ручеёк был, может быть, Вы по телевизору видели, это часто показывают. На Гороховой улице, эта улица идет параллельно с улицей Петра Лаврова. И я с бидончиком и с кувшинчиком шла на этот ручеек. А ручеек шел от подворотни, это крайний дом был, и ручеек шёл. Вот к этому ручейку я ходила каждый день. А это был не только ручеек, это был ручеек с высокими ледяными берегами, потому что люди ходили, черпали воду, и вода, естественно, брызгала. И вот, чтобы воду мне достать, мне нужно было на живот лечь и начерпать ковшичком в бидончик и принести домой. Так что такое ограниченное количество воды, конечно. Это минимально, где можно было её использовать. И Вы представьте, что в это время, когда не было воды, мы в баню не ходили. Я помню даже время, когда, наверное, больше года или меньше года мы с мамой, ну, положение же, город работал, войска же всё время расширяли это кольцо. И когда мы с мамой пошли в баню в первый раз, мы стояли, наверное, полдня, чтобы нам помыться. И вот, представляете, какая я была: дистрофик, голодный, вшивый и немытый. Когда мама приходила с работы, снимала с меня рубашоночку и убивала вот этих вшей.