Нас искали родители, мы искали родителей, не знали, где наши родители. Она не знала, где братья, где всё. Уже в 45-м году я пошёл в школу в деревне, проучился несколько месяцев, и то ли мама нашла родителей по линии папы, то ли они маму нашли – не знаю. Ну, в общем, они нас позвали в Херсон, и мы поехали в Херсон. Мы поехали – это отдельная история. У нас все вещи были в одном мешке, и у нас была палка, она мне хорошо в памяти палка, она с таким толстым наконечником. Мама потом нас с Майкой этой палкой воспитывала иногда. И с этой палкой, значит, мама поставила меня, где-то на перекладных ехали, доехали до Снегиревки, там между Николаевской и Херсонской областью. Значит, она стала искать, на чём же доехать до Херсона, поставила меня, мне уже 7 лет было, с мешком и с палкой, чтобы я сторожил, а сама взяла Майку на руки, сестренку мою, пошла искать, на чём доехать. Её долго не было, я заплакал, пошёл её искать, она вернулась, мешка уже нет, ничего нет. Осталась одна палка. Вот так мы с этой палкой одной и приехали в Херсон. Потом она этой палкой нас иногда воспитывала. Она у нас была долго как реквизит. Ну, палки почему были тогда? Тогда замков не было в деревнях, и палками подпирали двери. У меня в памяти много деревенской жизни, как, значит, я маме помогал. Там много было смешных историй. Мама варила варенье в медном тазу. А Маечке было три года, она к маме: «Дай попробовать». Мама говорит: «Отстань, ещё не готово». И Майя рассердилась, горстку земли взяла и бросила. Мама ее отлупила. Ну, много было смешных у нас детских историй.