Смерть бабушки. Детский дом

Бабушка не хотела уезжать, она уехала только ради меня. Но её жертва оказалась и ненужной, потому что прямо по дороге она умерла. Только мы через Ладогу переправились, погрузились в товарные вагоны, и, пока мы ехали дня 3-4, она сильно сдала, совсем заболела. Нас высадили, сняли с поезда на станции Канаш – это Чувашия. И через два дня она в железнодорожной больнице умерла. Меня тоже в эту больницу поместили, но так как я был более-менее нормальный – недельку подержали, а потом отправили в НКВД, который занимался распределением детей по детским домам. А поскольку в Канаше или ближайших пригородах детского дома не было, меня определили в лагерь малолетних преступников. Страшное название, конечно, а на самом деле это обычный детский дом, но только для ребят возраста 12-15 лет. Это или те, которых отлавливали на железной дороге, кто рвался на фронт воевать, или те, кто родителей потерял, или даже некоторые из дома убегали. Их милиция ловила и в этот детский дом определяла. Убежать оттуда, конечно, можно было: никаких особых заборов не было. Убегали, а некоторые и по 2-3 раза даже. Я там был самый маленький, просто по случаю. Мои документы послали в колонию, там был начальник – бывший танкист, офицер, майор. Он инвалидом остался после того, как его ранили: обожжённый весь был. Он приехал за мной в эту больницу и отвёз меня в детский дом. Он же и написал маме, что я такой-то такой-то, нахожусь там-то там-то: у меня был зашит в пальто мамин адрес и моё свидетельство о рождении.