Мы шли в числе первых

Одним из этих полков командовал я. Остальными полками командовали полковник Токмачёв, полковник Коваленко, полковник Некрасов. Для прикрытия же с воздуха были определены войска из противовоздушной обороны страны. Там находилось две дивизии. Кроме этого, были авиационные полки, полки фронтовых крылатых ракет, инженерные части и так далее. К 27 октября 1962 года, когда пролетел американский разведчик У-2 и сфотографировал ракеты и наши части, этот самолёт был сбит. Вернее, перед этим пролетел самолёт, который сфотографировал ракеты, а второй самолёт, когда послали 27-го, он был сбит. Этот период, так сказать, и считается самым кульминационным моментом самого Карибского кризиса. Мы туда вышли в июле, я со своим полком шёл на пяти кораблях: три сухогруза по двадцать тысяч тонн водоизмещением, теплоход «Эстония» и теплоход «Победа». Я шёл на «Победе». Сосредоточились мы там где-то в августе. Некоторые раньше, некоторые позднее, но мы – в числе первых. Первым ушёл полк Толкмачёва Алексея Семёновича. Вторым пошёл мой полк – он стоял под Гаваной, я в восточной провинции Ориенте. И мы на себя принимали уже ракетную дивизию. Когда Карибский кризис дошёл до кипения, до горячей точки, было принято решение о выводе наших ракет. Ракеты были вывезены, мы переучили кубинцев на нашу технику, оставили её и сами возвратились где-то через год – полтора года в Советский Союз.