Был ли Советский Союз «тюрьмой народов»

Уже самосознание национальное народа в нашей стране, рост самосознания – это же тоже многое значит. Когда Михаил Сергеевич в своей программе перестройки объявил гласность, когда люди стали говорить о своей проблеме, о своей жизни, ведь мы стали узнавать друг о друге больше. И потом, знаете, ведь говорили, что в сталинское время всем народам жилось очень хорошо. Ну, это было начало осуществления национальной политики Сталина. Тогда ещё мы не могли сказать, к чему мы придём. Тогда мы верили во всё будущее светлое. Но когда мы шли к этому светлому будущему, мы же не получали настоящей информации. В это же время шло уничтожение целых народов. Об этом мы не знали. Это в последнее время стали выходить документы, подтверждающие это, рассказывающие, раскрывающие глаза на всё то, что происходило. Жили мы в основном лозунгами, что всё хорошо у нас. Конечно, мы не можем чернить всё. Было и хорошее. Действительно, дружба народов – она была. Если я говорю, что друзья мои, доверенные лица, представители многих народов, из десяти восемь – представители народов, восемь человек – это представители восьми народов. Это же действительно дружба была. Но в то же время шла параллельно политика на уничтожение всех тех устоев, которые провозглашались. Потом, понимаете, ведь верили во всё то, что говорилось официальной прессой, кинокартинами. И просто не верить в то, что действительно это так, было тогда невозможно. И я думаю, что это закономерно, когда государство создаётся, рождается, потом идёт кульминация, потом разрушается. Это закономерный цикл развития государств. Мы шли к расцвету, надеясь. Его не было. У нас сейчас идёт уже, я думаю, понимание всего того, к чему мы шли. И поэтому закономерно явление, что сегодня идёт такой распад государства – того мифического, которое мы создавали. Я думаю, что этот период тяжёлый мы должны пережить. И то, что мы создавали государство, единое государство многих народов, я думаю, это всё же лучшее, что мы создавали, цементировали взаимоотношение народов. И то, что я сегодня говорю на русском языке, наверно, это тоже из тех положительных моментов того государства, которое создавалось.