Это 55-й год, давайте вспомним, когда появился фильм «Неоконченная повесть». Собственно, это было такое переходное время, начало Хрущевской оттепели, меняется соответственно и кинематографический репертуар. Только-только Хейфиц снял «Семью Журбиных», или только появилась «Весна на Заречной улице» — первые ласточки перемен. И в этом ряду появляется «Неоконченная повесть» режиссёра Эрика Эмблера, одного из старейших к тому моменту режиссёров, классика живого. У него были и сталинские фильмы, и авангардные, особенно в 20-е годы. И вдруг — «Неоконченная повесть». Что это такое, когда вспоминаешь этот фильм? Вообще-то это о весне, это действительно воплощение того, что сегодня называют оттепелью. Давно так не снимали Ленинград, как снят был Санкт-Петербург в этом фильме: проспекты сверху, панорамы города — ощущение весны. И была в этой весне королева, её играла Быстрицкая. Хотя эта королева была всего лишь участковым врачом, но жила и вела себя вот именно так. Где-то здесь был небольшой кивок в сторону представлений: если бы фильм снимали позже, взяли бы какую-нибудь по меньше, по курносее, менее заметную героиню, как любят иногда говорить режиссёры — «ситцевую». А Быстрицкая не ситцевая, она парчовая, шелковая, как драгоценные ткани — она из этого. И она действительно была королевой этого города, королевой этой истории, хотя сама история достаточно бесхитростная. Несмотря на драматические детали — болезнь героя, конфликт с героиней — сегодня понимаешь, что не всё так просто решается, не все конфликты так разруливаются. Но Быстрицкая прежде всего — Быстрицкая, в которую сразу же влюбилась вся страна, и она заставила в это поверить. Она подарила зрителям весну своего фильма и своей страны. Популярен фильм был чрезвычайно. Правда, с финалом есть небольшая запинка. Должно было быть продолжение «Неоконченной повести». Я помню, как в московском кино «Виктории», по-моему, выступал кто-то из Ленфильмовцев и рассказывал: «Мы хотим снимать продолжение, вот опять герой заболеет…» — и в зале был взрыв смеха, потому что это казалось эксплуатацией проверенной схемы. Возможно, реакция была не единственная, но продолжение не появилось. Быстрицкая осталась. До «Тихого Дона» у неё должна была быть замечательная роль в фильме Михаила Ромма «Убийство на улице Данте», но болезнь подвела. Сейчас остались только несколько кадриков в эпизоде, когда идёт эвакуация во Франции, которую вторглись немцы. В машине можно разглядеть личико Быстрицкой на общем плане. Плохие запинки судьбы порой играют существенную роль в жизни актёра.