Я знаю, что когда она приехала молодой провинциальной актрисой впервые в Москву, она увидела, как в пролетке ехал Станиславский. И она побежала за этой пролеткой, посылала ему воздушные поцелуи и кричала: «Мальчик мой! Мальчик мой!» Он, конечно, был красивый человек, но… Вы знаете, она, конечно, влюблялась. Думаю, большей частью безответно. Может быть, в чем-то взаимно, но, думаю, она много любила. Я уж там со свечей не стоял, но, как бы о ней ни говорили, одно ясно: она умела любить. Настоящей любви. Она умела любить, потому что была талантливым человеком. Это была реальная любовь, нереальная… Кому она была обращена — к конкретному человеку или это было что-то вроде того, как с Станиславским, я вам уже рассказал, — трудно сказать. Но то, что она старалась относиться к людям по-доброму, с сердечностью, и помогала всем, кто к ней обращался, — это факт. И это важно, потому что не всякий на такое откликнется.