Аркадий Мигдал. Нежелание заниматься административной работой

К чинам не стремился. От административной работы отлынивал всячески. Вот на мне этот нежелание его заниматься административной работой отразилось. Я говорил, что мест не было. Ну, вот великолепная работа вышла вот до меня, вот я говорил, что я там в ней делал численный расчёт, Мигдал – Маркин – Мишустин. Мишустин был взят в Курчатовский институт, а для Маркина места не было, и через какое-то время он ушёл в другую область. У меня после аспирантуры тоже места не было. В это время, поскольку Мигдал занимался пионной конденсацией и придумал возможность существования, может быть, сверхплотных ядер, которые совсем не такие, как мы вот сейчас видим в таблице Менделеева, то в МИФИ решили попробовать организовать теоретическую лабораторию в 20 человек. Ну, я должен был заниматься там административной работой, потому что все понимали, что Мигдал этого делать не будет. Но закончилось ничем. Он очень воодушевился, позвонил главе научно-технического комитета академику Кириллину, добро получил. Позвонил зам. министра Макарову, получил добро. Всё вроде было нормально. Послали документы в министерство, и в министерстве их потеряли. Как-то потеряли. Один год, потом то же самое повторяется второй год, потом третий год. Ну, Мигдал решил, что не хотят делать лабораторию, и к этому вопросу уже не обращался. Закончилось тем, что из двадцати вот этих вот ставок дали две ставки младших научных сотрудников, вот Никита Ованесович Агасян на одну из них был зачислен, не подтверждённых деньгами. Так что вот такая ситуация была. На эту, в эту лабораторию он хотел, кроме того, взять, такой был Шуряк, очень известным теперь стал физиком в Америке, один из главных в ядерной физике. Ему не нашлось ставки старшего научного сотрудника, вот как мне и Хангуляну, три среди этих двадцати должны были быть, планировались ставки. Значит, ну, вот не нашлось.