Спрятанный радиоприёмник

Пошёл слух, что можно забрать готовую пшеницу, которую заработали в колхозе. Собрались мы с нашими девчонками. Знакомый там одной, тоже, Маши. Рядышком дед жил, у него была лошадь. И он собрал, я не помню, с десяток нас, ребятишек, девчонок, – поехали. А, нет, конечно, мы шли пешком. И девки шли тоже пешком. И только мы поднялись на гору, только мы углубились в подсолнухи, как увидели немецкие машины. И вот мы пошли по этим подсолнухам. Вышли на дорогу и в конце концов догнали своих. Мы зашли в школу, где спали. И там, в школе, нашли приёмник, не сданный! Назывался он «БИ-234». Чудесный, нормальный приёмник на трёх лампах! Вот это была наша чудесная находка! Вот с этим приёмником мы уже возвращались с заработанной пшеницей. Досталось тогда нам, не помню, по два или по три мешка. Поехали домой. Когда доехали до нашего переезда, нас встретили двое полицейских. В начале мы ехали, никого не было, днём. А к вечеру - полицейские. Стой! Что везёте? Пощупали мешки. Ага, мешки. Туда-сюда, вот. В конце концов, у нас мешки, да он узнал деда, дед узнал его: «Что ж ты, не трогай: это ребята везут заработанное!» Он там как: «А, своё заработанное везут школьники. Ну, езжай…» Только мы тронулись: «А ну, стой!». И говорит деду, мол, если будешь около моего дома, сбрось два мешочка через забор в мой двор! Двор, понимаете, да? Только мы тронулись дальше, а ребята несли, Вит нёс за спиной, оклунок с приёмником. Но там сверху мы положили большое количество срезанных подсолнухов, шляпок. – «Что в оклунках?» И вот Вит нашёл слово: «Это Сталин, вернее, Сталин-шоколад!» Ага, тот: «Ааа, звонко вы вождей ныне тревожите! А ну давай, раскрывай!» Вот тут уже я ушёл в себя, и мальчишки тоже. Ну что? Найдёт радиоприёмник, ну, всё! Нам хана! Возился, возился, вроде раскрыл. Запускает туда руки, берёт подсолнухи, я не знаю, сколько там – три-четыре-пять, вытаскивает. Думаю, ну что? Если не полезет ещё, значит, мы спасены. Так и случилось! А теперь, говорит, езжайте! Вот так, второй случай, когда нас чуть-чуть было не освободили, вы понимаете, да? Насколько это сложно!