Получалось так, что начинал я практически пехотинцем. Заместителю командира роты по политчасти танка не положено было. А танки-то практически не действовали. Как какое-то соединение их раздавали в пехоту, для усиления пехоты огнём. И даже роту, не говоря уже о батальоне, и то повзводно раздавали стрелковым ротам, и они закапывались или там помогали где-то. Мы практически уже, ни командиры рот, ни заместители, никакого отношения уже к танкам не имели. И моё место оказалось на командном пункте командира стрелкового батальона. Ну а поскольку штатное оружие-то у нас – наган, поэтому я обзавелся винтовкой. А владеть винтовкой-то я хорошо мог, потому что в военно-политическом училище два года винтовка мне была, как моя жена, она никуда не девалась. Поэтому я стрелял неплохо. И вместе с пехотой отбивался, отходил до самого Ростова. А под Ростовом случилось так, что выбили нас из Ростова в Батайск. Сосредоточились в Батайске по ту сторону Дона.