На другой день мы приехали в Чебаркуль, это оказалась школа воздушных стрелков, которые летали на Пе-2 – на пикирующих бомбардировщиках. Вечером нас помыли, дали гимнастерки старые-старые, застиранные. Застиранные уже после фронта, после ранений их отстирывали и отправляли в училища, в части, чтобы одевать. Оделись, завтра идти на занятия. Всё, в зал – стали изучать оружия и пулемёты. Прошла неделя, приходит преподаватель и говорит: «Завтра летим на стрельбу». Ну летим, всё, привезли к самолётам, посадили. Нас было человек двенадцать. Мы стреляем по конусу: идёт самолёт, и метров через двести от него конус метров двадцать, круг полотняный – белое полотно на нём. У нас на каждого свой цвет был: у меня, например, красного цвета патрон, у этого – зелёный, у этого – такой. Это для того чтобы, когда сбросят уже этот конус и привезут его смотреть, преподаватель мог понять, кто стрелял, как стрелял. Так было, наверное, ещё одиннадцать дней, один раз нас вывезли на стрельбы. Прошло ровно двадцать дней, послезавтра мы вылетаем на фронт, двадцать один день всего готовили.