Начальник радиостанции в разведотделе

Началось наше наступление, неудачно началось, потому что шли дожди, наша техника в этих условиях отказала, танки застревали. Тем более наши-то танки, Т-34 – это танки очень хорошие, а вот английские и американские танки, я не помню, какие там, «Валлентайн» и ещё какие-то названия, они в болотах этих, так сказать, были совершенно неподвижны. И вот наша царица полей – пехота штурмовала этот Ржев, верней, пока подступ к Ржеву, продвигалась, но с очень большими потерями. И бои шли… Да, в радиобоязнь, всё-таки она продолжала быть. И наша радиостанция помещалась всегда не ближе, чем пять – семь километров от самого штаба. И, значит, мы получаем какое-нибудь срочное донесение от агентурной группы, потом, значит, я или моторист идёт пешком эти пять или семь километров тоже по бездорожью до штаба, вручает, там расшифровывают, потом, значит, зашифровывают ответ, дают мне. И вот такие были вещи. И потом это было небезопасно, потому что, представляете, наш экипаж – три человека, значит, я, начальник, радистка и моторист-шофёр, три человека. А вообще-то на войне кругом всё может быть: тут и агентурные группы… власовцев там не было, они ещё тогда не объявились, но, в всяком случае, люди, которые враждебно были настроены к советской власти, они всюду были. Хотя их было немного по сравнению с основной массой, но можно было нарваться на полицаев, на кого угодно. Ну, здесь, правда, это наша территория, полицаев не было. А вот агентура могла быть заброшена.