Мой дедушка. Ермолов. Кавказская война

В 28 году, 1828-м, русская армия, ведя войну на 2 фронта, Причерноморье и у Чечни, Дагестан, Чечня, там воевали после того, как изгнали Наполеона из Москвы, тут 90-тысячную армию русскую повернули сюда, они быстро завершили. Ну, не быстро, война то кончилась в 64 году, в 1864-м. И вот у меня дедушка рассказывал. Когда русские полки под командованием Эммануила, ну Ермолов по-русски, он венгр был по национальности, служил в российской армии, вот он привёл полки сюда, в ущелье Карачаевское. Там теперь начали отстреливаться, потом видит этот Эммануил, послал парламентёра. Сразу карачаевцы согласились, буквально за 10 часов боя война прекратилась с русской армией, и договор заключили, что русская армия карачаевских сёл трогать не будет, единственное условие, чтобы карачаевцы через себя не пропустили армию черкесов на сторону Чечни на восток, и наоборот, с Чечни и Дагестана чтобы войска не переходили через карачаевские земли на Причерноморье. И вот дедушка рассказывал. В этой войне ему было 16 лет, ровно 16. Это значит, он родился в 1812 году. «И я хотел тоже, – говорит, – на войну». А его дед сказал: «Сейчас убегаем от русской армии в лес, гоните скот, помогай детишкам, чтобы спрятаться в лесу». И вот этот день он никогда не забывал. «Мы, – говорит, – только дошли до леса, и сзади конник, посланец: с русскими договор заключили, мир заключили, вернитесь домой. Мы, – говорит, – вернулись в свой Карчурт». «Старое жилище», чистый перевод названия аула. Вот в это «старое жилище» вернулись, и оттуда на бывшем подскалье, отсюда до самой Лабы, были карачаевские пастбища и сенокосы. «Вот там пока война Кавказская шла, мы, – говорит, – как в раю жили, под крылом русской армии, никто на нас не нападал, мы так хорошо себя чувствовали, каждый год новый кош образовывался, потому что всё развивалось, люди стали экономически лучше жить». Но семьи с этого узкого ущелья не вывозили, потому что беззащитны были бы они, народ сам по себе маленький, древнейший народ Кавказа. Вот так. «А потом, – говорит, – война кончалась Кавказская, и когда стали переселяться в станицы, новые образования по всей территории Карачаево-Черкессии, вот тогда они говорят: «Вы наши, россияне, но нам земля нужна, освободите». И так, говорит, нас опять загнали в узкое ущелье без пахотной земли, без сенокосов, и опять у нас скот сократился, кормить нечем. «И там нам стало плохо жить. И так дожили до советской власти». Вот дедушка и моя семья так. Я на фронте был, когда он умер. В 1943 году. Вот сегодня изгнали из станицы Зеленчукской немцев, а на завтра, 19 января 43-го года, он скончался. Это 131 или 132 года он прожил. Похоронен в ауле Даусуз, и сегодня на могиле его камни красуются, ну просто глыба, из Большого Зеленчука вытащили большую глыбу камня, положил отец во время войны, и там этот камень. Никак не могу, руки не доходят, чтоб там сделать хороший надгробный блестящий камень, поставить. Ну думаю, я в этом году это сделаю.